ЭКОНОМИКА
Сергей Алексашенко:
«Итог экономической политики Кремля — отсутствие какого-либо роста»
Сколько будет продолжаться «нулевой рост» — в очередном экспертном обзоре


2 мая 2017
Почему снижение ключевой ставки не отменяет жесткость денежной политики Банка России? Как долго рубль будет спасать привязка к цене на нефть? Почему Росстат не в состоянии опубликовать достоверную статистику в общепринятом формате? На эти и другие вопросы макроэкономики отвечает Сергей Алексашенко в очередном «маленьком эпизоде большого экономического паззла»
Банк России осмелел! Но сколько еще предстоит?!
Решение Банка России о снижении ключевой ставки на 0,5% меня совсем не удивило. Более того, я в своем предыдущем выпуске Nota Bene говорил о том, что такое решение будет выглядеть вполне логичным даже с учетом суперосторожной позиции руководства Центробанка.

Вместе с тем, и я не перестаю об этом говорить, принятое решение не сильно смягчает жесткость проводимой Банком России денежной политики. Дело в том, что инфляция в российской экономике снижается быстрее, чем снижается ключевая ставка и, следовательно, степень жесткости проводимой (а не декларируемой) денежной политики последовательно нарастала. Этот феномен хорошо виден на приведенном ниже графике.

График. Динамика потребительской инфляции в России и ключевая ставка Банка России (%%)
Источник: Росстат, Банк России
Этот график построен «в режиме реального времени», то есть, изменение инфляции и ключевой ставки показано по одной временной шкале. Вместе с тем, хорошо известно, что ставка центрального банка работает с лагом, который в условиях России оценивается в 6–9 месяцев. И если отразить этот лаг на графике, то хорошо видно, насколько сильно Банк России опаздывает с принятием решения о снижении ставки, с каждым месяцем все боле усиливая жесткость своей денежной политики.

Если предположить, что инфляция в соответствии с прогнозом Банка России к концу года снизится и в среднесрочной перспективе будет находиться на уровне 4% в год (что, на мой взгляд, избыточно высоко), то нормальной ставкой Банка России мог бы быть уровень в 6%, и, следовательно, потенциал снижения ключевой ставки уже сегодня составляет 325 б.п. Я далек от мысли, что Банк России снизит ее настолько за один или два присеста, но если он будет по-прежнему «растягивать удовольствие», то российской экономике придется несладко.

График. Динамика потребительской инфляции в России
Источник: Росстат, Банк России
Все, как обычно, но …
В последнее время я часто получаю вопрос: почему рубль укрепляется. И когда же он рухнет? Но вынужден разочаровать: то, что курс рубля с удивительной точностью повторяет движение цены на нефть, давно уже стало нормальным. В этом смысле ничего удивительного на валютном рынке не происходит, что хорошо видно на нижеприведенном графике, и при сохранении текущего уровня нефтяных цен вряд ли стоит ожидать каких-либо резких движений в ближайшие месяцы.

Вместе с тем, по оценке Центра развития складывается весьма устойчивая тенденция быстрого роста импорта, при сохранении которой в конце лета курс рубля может попасть под сильное давление. Дело в том, что прирост валютной выручки в результате восстановления нефтяных цен уже в полной мере отразился в платежном балансе, и процесс этот прошел весьма резко. В отличие от скачкообразного роста экспортной выручки восстановление спроса на импорт всего идет монотонно, но этот тренд носит очень устойчивый характер. Судя по данным таможенной статистики рост импорта наблюдается во всех товарных группах, что неудивительно в силу быстрого укрепления курса рубля, случившегося за последний год. По этой причине я очень высоко оцениваю вероятность формирования устойчивой тенденции роста импорта.

Если же к этому добавить традиционный для конца лета сезонный рост спроса импортеров на валюту и неизбежный отток нерезидентов из рублевых активов по мере понижения ключевой ставки Банком России, то я готов предположить, что нас ожидает сильная волатильность на валютном рынке.

График. Динамика цены на нефть марки URALS ($/барр.) и курса российского рубля ($/100 рублей), 2012-2017 гг.
Источник: Bloomberg, Банк России
Пятилетка неспешного роста?

Глядя на динамику Индекса ВЭБа, который строится экспертами банка на основании оценок месячного ВВП, можно сделать несколько выводов. Во-первых, спад в экономике закончился и, пожалуй, можно говорить о слабой тенденции роста. Во-вторых, по объему ВВП российская экономика сегодня находится на уровне середины 2008 года, т.е. итогом экономической политики Кремля на протяжении последних восьми лет стало отсутствие какого-либо роста.
График. График. Индекс ВЭБа – оперативная оценка ВВП с устраненными сезонностью и календарным фактором (100 = январь 1999 г.)

Источник: ВЭБ
В-третьих, скорость восстановления российской экономики, началом ко-торого эксперты ВЭБа называют конец лета прошлого года, настолько не-значительна (менее 0,5% за 8 месяцев), что для того, чтобы выйти на уро-вень максимума июля 2014 года российской экономике понадобится бо-лее пяти лет.
Неладно что-то …
Хотя, практически, все эксперты говорят о восстановлении роста российской экономики, мне этот процесс не представляется устойчивым.

Во-первых, не следует забывать, что Росстат серьезно пересмотрел исторические ряды, улучшив динамику, по промышленности и производству ВВП за последние два года. При этом по-прежнему Росстат не в состоянии опубликовать данные о динамике ВВП общепринятым в мире методом — квартал к кварталу в годовом измерении, — которые заканчиваются для российской экономики 2011 годом. Пересмотр данных по ВВП в сторону улучшения был осуществлен за счет дооценки малого бизнеса, который по мнению статистиков почему-то бурно рос в последние два года, вытягивая всю остальную экономику. Улучшение данных по промышленности стало результатом пересмотра набора товарных групп, где, со всей очевидностью, были повышены веса оборонного комплекса. Вместе с тем темпы роста ОПК последовательно снижаются год от года: 15% — в 2013 г., 12% — в 2015 г., 10% — в 2016 г., и с учетом сокращения финансирования во-енных расходов в 2017 г., следует ожидать, как минимум, продолжения этой тенденции, а, может, и прекращения роста вообще.

График. Динамика строительства, сезонно и календарно сглажено, 2008-2011 и 2014-2017 гг. (100 = июнь 2008 = июнь 2014)
Источник: Росстат, сглаживание – Центр развития НИУ ВШЭ.
Во-вторых, данные первого квартала выглядят совсем нерадужно. Минимальный рост в промышленности (0,1%), рост грузооборота на транспорте при убыточности РЖД (рост перевозок достигнут за счет угля, транспортировка которого убыточна для железной дороги), резкий спад в строительстве, особенно в жилищном, прекращение роста реальной заработной платы при снижающейся инфляции, рост розничных продаж достигну исключительно за счет единоразовой доплаты к пенсиям.

Не сомневаюсь, что Росстат отрапортует о росте экономики в первом квартале, но понять, почему в нерастущей экономике предприятия будут наращивать запасы (а именно этим объясняет Росстат переход российской экономики к росту в конце прошлого года) второй год подряд, мне, извините, не дано.

График. Динамика реальной заработной платы и розничного товарооборота, 2008-2011 и 2014-2017 гг. (100 = июнь 2008 = июнь 2014)
Источник: Росстат, сглаживание – Центр развития НИУ ВШЭ.
Неприятная неожиданность
Впервые за длительное время опубликованная Банком России оценка предстоящих платежей по выплате внешнего долга оказалась неожиданной — по сравнению с предыдущей оценкой, данной всего три месяца назад, сумма платежей в текущем году выросла на $18,1 млрд. до $98,7 млрд. (на 23%) (без учета долга до востребования и той части долга, точный график выплат по которым не установлены). Половина этого прироста пришлась на уже закончившийся первый квартал, оценка второго квартала слегка понижена, а третьего и четвертого повышена в общей сумме почти на $11 млрд. Никаких комментариев от Банка России на этот счет не было, поэтому остается только развести руками.

С одной стороны, дополнительные $11 млрд. платежей по долгу не очень большая величина, особенно, учитывая заметно укрепившееся торговое сальдо; с другой, на второе полугодие попадает сезонный рост спроса на валюту, вероятный отток капитала за счет сворачивания операций carry-trade, нарастание спроса на импорт. А если еще и цены на нефть снизятся на $4-5/барр. (эквивалентно $7-9 млрд. долларов экспортной выручки)… Одним словом, еще одна точка, за которой нужно не забывать следить.

Минус полтора процента
Замечательный доклад «Российский рынок труда: тенденции, институты, структурные изменения», подготовлен по заказу ЦСР экспертами Вышки. Доклад длинный, более 180 страниц, насыщенный цифрами и анализом, читать непросто, но интересно. Если кого-то интересует серьезный аналитический материал – сильно рекомендую прочитать.

Та часть доклада, на которую нужно обратить специальное внимание, касается ближайших 15 лет, в течение которых в российской экономике произойдут серьезнейшие изменения в части количества и качества рабочей силы. Авторы доклада говорят о предстоящем сокращении в это время численности рабочей силы в России на 6,6 млн.человек при сегодняшнем показателе в 76,6 млн.человек, то есть более чем на 8,5%. Минус 8,5% за 15 лет означает, что ежегодно численность рабочей силы должна сокра-щаться на 1,08%, и, значит, при прочих равных условиях это будет вести к замедлению роста экономики почти на 0,9% ежегодно.

Для сравнения стоит сказать, что за период 2000–2008 гг., когда российская экономика росла со средней скоростью 7% в год, численность занятых в экономике (опять-таки в силу демографических факторов) выросла на 6 млн.человек или на 9%, т.е. на 1% ежегодно, что давало экономике дополнительно 1% роста. Таким образом, фактор демографии существенно меняет экономическую динамику в России: разница между +1% в 2000-2008 годах и минус 0,9% в 2016-2030 годах составляет почти 2 процента годового роста.


Made on
Tilda